На момент окончания войны моя бабушка, 18-летняя чистокровная и гордая полячка, была бригадиром колхоза. Еды не было вообще. И взять её, соответственно, тоже было негде. Однажды на замёрзшем поле ба увидела, как мать с тремя маленькими детьми собирают остатки посевов пшеницы, едва охапка набралась. Бабушка женщину не сдала, вину её взяла на себя. Суд, ссылка на Урал, реабилитация. Горжусь ею.

+1
0
-1